Размер шрифта: A A A
Изображения Выключить Включить
Цвет сайта Ц Ц Ц
обычная версия

Артур Ваха. Актер свободный

Катерина ПАВЛЮЧЕНКО,- "С.-Петербургские ведомости", Выпуск № 039 от 05.03.2012

В Театре имени Ленсовета в минувшую субботу состоялась премьера спектакля «Смерть коммивояжера», поставленного режиссером Олегом Ереминым по одноименной пьесе драматурга Артура Миллера, написанной в 1948 году. Это пьеса о крушении послевоенного варианта американской мечты «зарабатывай как можно больше и добивайся успеха». Герой, стареющий коммивояжер Вилли Ломен, теряет работу и вместе с ней смысл и опору в жизни. Эту роль сыграл один из самых интересных артистов петербургской сцены Артур ВАХА. Перед премьерой с ним побеседовала театровед Катерина ПАВЛЮЧЕНКО.

 

 
- Артур, вы возвращаетесь в театр на Владимирском проспекте уже не в первый раз. Почему?

 

- Впервые я попал на сцену этого театра шестилетним - вышел в спектакле «Человек со стороны» и участвовал в нем до 12 лет. С тех самых пор хорошо знаю и помню этот театр. Даже его запахи. Из буфета, из коридоров, в гримерках... все осталось тем же. Несмотря даже на ремонт. Сцену эту я помню с детства. Воспоминания - штука серьезная.

 

 
- Можно ли сказать, что именно эти воспоминания несколько лет назад повлияли на ваше решение войти в труппу Театра имени Ленсовета? Я говорю о времени, когда выпускался спектакль «Заговор чувств».

 

- На самом деле я не входил в труппу. Мое нахождение в ней было формальностью, потому что я не выполнял обязанностей, которые должен выполнять штатный артист, то есть крепостной (смеется). Я не участвовал во вводах на роли в текущем репертуаре, в том числе срочных. Ведь штатный актер не может отказаться, если увидел свою фамилию в списке распределения ролей, вывешенном в закулисном коридоре. Если ты решишь отказаться, должен иметь для этого веские причины. Когда хочешь поработать в другом месте, нужно отпрашиваться. Чтобы заработать денег, уйти на съемки - тоже. Мне в какой-то момент это надоело, и я ушел отовсюду. И уже много лет все эти обязанности не выполняю.

А тогда я просто договорился с возглавлявшим театр Владиславом Пази, что буду как бы в труппе, но сам выбираю, чем мне заниматься. К тому времени я уже ни в какой труппе не состоял и точно для себя понял: мне лучше быть свободным человеком, имея право выбора.

 

 
- И теперь чувствуете себя комфортно?

 

- Очень. Так что моя встреча с Театром имени Ленсовета - не возобновление отношений, а их продолжение. С момента выпуска «Заговора чувств» мне там много чего предлагали, но ничего интересного я для себя в этих предложениях не видел. А вот от «Смерти коммивояжера» отказаться не смог. Такую глыбу интересно поворочать.

 

 
- А как вам работалось с режиссером Олегом Ереминым? Он ведь совсем молодой человек. Вы доверяете ему?

 

- У меня не бывает недоверия к человеку творческому, такому, который сам что-то предлагает, а не просто говорит актеру: «Покажите мне, что вы сами по этому поводу думаете». Я не считаю, что если человек младше меня, то он глупее, или менее талантлив, или менее мудр. Возраст не имеет никакого значения. Но, честно говоря, я думаю, что сам-то Олег поначалу меня немного побаивался. Именно из-за того, что я старше, наверное... В силу моего возраста, громкого голоса и большого телосложения (хохочет). Но сейчас уже все нормализовалось.

 

- «О чем» вы играете своего Вилли Ломена, такого несчастного человека, неудачника?

- Я не могу его разобрать на части. Потому что этот человек иногда бывает абсурден в своих проявлениях, настолько расхристан, настолько лишен целостности внутреннего мира, что очень трудно определить его главную точку. Он все время находится в конфликте с самим собой. И не могу я, как психолог, разложить все движения его души по полочкам. Эту роль я больше интуитивно выстраиваю, чем рассудочно. Потому что, признаюсь, мне кажется, если начинать разбираться в психологии этого человека, можно самому сойти с ума. Нереально понять все ходы его мысли. Можно их оправдать - это одно дело. А вот анализировать... Я даже не хочу это делать. Мне просто интересен этот человек, весь, целиком.

 

 
- Потому что он на вас похож?

 

- Потому что он совершеннейшая моя противоположность. И мне любопытно покопаться в его мыслях. Но анализировать я не хочу. Когда актер начинает анализировать роль, «думать» ее, он может не выходить на сцену. Это мое мнение. Потому что он выходит и начинает зрителям рассказывать про этого человека, а не жить его жизнью. Мне важно не понять, а почувствовать логику его поступков.

 

 
- Есть очень известные фильмы по этой пьесе. Вы их смотрели?

 

- Специально не смотрел. Когда мне предложили эту роль, все вокруг заговорили: «Есть фильм, посмотри, посмотри!». А зачем?! У меня есть свое личное впечатление, ощущение от этой роли и от этой пьесы в целом. И от этого персонажа. Зачем его сбивать чужим отношением к материалу? Получится вторично заваренный чай. Вот посмотрю фильм, а потом мне невольно захочется оттуда что-то взять. Я однажды в молодости уже совершил такую ошибку. Когда я учился в ЛГИТМиКе, мы делали на курсе «Фанфан-Тюльпан». И перед началом репетиций всем курсом пошли смотреть этот фильм в кино. И я пошел. С коллективом. А когда начали репетировать, я понял, как ужасно это мешает. Я все время ориентировался на Жерара Филиппа. Так что фильм «Смерть коммивояжера» я, может, и посмотрю, но только после того, как премьеру сыграем.

 

 
- Пьеса «Смерть коммивояжера» в том числе и об отношениях человека с временем. Как вы относитесь к времени? Жалеете, что оно быстро проходит? Вы, например, в армии служили. Сокрушались ли о двух потерянных годах жизни когда-нибудь? Или наоборот?

 

- Ох... К годам в армии у меня двоякое отношение. С одной стороны, жалко, что я из профессии выпал на два года. Но, с другой стороны, понимаю, что, может быть, мне и нужна была эта психологическая встряска. Именно она заставила мой организм расшататься в смысле нервного восприятия мира. До армии я был спокоен как тюлень. Мне было трудно достать из себя какие-то эмоции. А после армии все быстро встало на места. Может быть, мне не хватило бы тех же двух лет на воле, то есть на гражданке, чтобы привести свой организм в состояние боевой готовности.

 

 
- С сослуживцами общаетесь?

 

- Редко. Два моих друга из сослуживцев, мы с ними были настоящие три товарища, живут за границей. Один в Германии, другой в Канаде. Мы, конечно, иногда созваниваемся, списываемся. Но редко удается пообщаться.

 

 
- А из нетеатральной среды у вас много друзей?

 

- Конечно! Одноклассники даже есть! С Сашкой Атапиным, например, моим друганом из параллельного класса, мы частенько отдыхаем вместе: то на рыбалку в глушь уедем, то еще что-нибудь придумаем. Я не люблю общаться с одними только театральными, потому как чувствую, что начинаю вариться в одной каше и перегнивать. Надо смотреть на мир немного шире. И продолжать учиться, учиться и учиться (улыбается).

 

 
- В новом телесериале «Восьмидесятые» вы сыграли одну из ролей. Для вас 1980-е были такими же светлыми и радостными, как для героев этой телеистории?

 

- Однозначно. Каждый год был значимым начиная с 1980-го, когда я поступил в Театральный институт. Ровно в год Олимпиады в Москве. И так год за годом... Все 1980-е были веселыми. Именно в это десятилетие я накапливал максимальный человеческий опыт. И приобретал самых лучших друзей.

 

 
- А тогда вы тоже были романтичным, верящим в светлое будущее молодым человеком?

 

- Вот этого не было. Вырос я без иллюзий. Я все понимал сызмальства, потому что в нашу с матушкой комнату в коммуналке приходили ее друзья - художники, поэты, музыканты, которые знали, рассказывали, обсуждали, в каком мире они живут. Они же приносили запрещенную литературу. Я был рядом и все это как губка в себя впитывал.

 

 
- Иными словами, вы были классическим ленинградским интеллигентным мальчиком?

 

- Нет, конечно! Это когда по вечерам гости собирались, я был дома. А так-то меня можно было найти на крышах, в подвалах, во дворе, на стройках... Или в Таврическом саду, в боях со «смолянами»... со Смольнинским районом то есть... Все было. Так что с интеллигентным воспитанием у меня все хорошо (смеется). Я до сих пор уверен, что сегодня Филармония, а завтра помойка - это нормальное воспитание.

«МАКБЕТ.КИНО.» в Воронеже

9 и 10 июня спектакль Юрия Бутусова «МАКБЕТ.КИНО.» будет показан на сцене Воронежского концертного зала в рамках VIII международного Платоновского фестиваля искусств.

Режиссерская лаборатория

По традиции, заведённой Юрием Бутусовым, 13 мая в театре состоялась режиссерская лаборатория.

Подробнее

Награда

Указом Президента РФ от 3.05.2018 народный артист России Семен Стругачев награжден медалью ордена "За заслуги перед Отечеством II степени". Поздравляем!

Премьера

28 апреля на Малой сцене состоялась премьера спектакля "ТЕЛО ГЕКТОРА" по пьесе Аси Волошиной в постановке Евгении Богинской.

Премия "Арлекин"

28 апреля состоялось вручение российской национальной театральной премии «Арлекин»-2018. Поздравляем лауреатов - создателей и участников спектакля "ПТИЦЫ"!

Подробнее

Мы в социальных сетях:

Наши партнеры:

Телеканал Санкт-Петербург Театр Музей Радарио
Театр имени Ленсовета. Санкт-Петербург, Владимирский пр., д.12
Карта сайта | Новости | Пресса | Театр | Репертуар на июнь | Персоны | Спектакли | Театр
Яндекс.Метрика