Размер шрифта: A A A
Изображения Выключить Включить
Цвет сайта Ц Ц Ц
обычная версия

Коммивояжер у микрофона

Екатерина Омецинская,- Санкт-петербургский курьер, 15.03.2012

Оценить премьерный спектакль Театра имени Ленсовета «Смерть коммивояжера» в постановке Олега Еремина вполне можно и с закрытыми глазами: слова в нем главенствуют над действием и активными эмоциями героев.

 

Старый коммивояжер Вилли Ломен выдохся: мотаться по городам и весям, предлагая чулки всем направо и налево, нет уж больше сил... А дома жена-домохозяйка и парочка оболтусов-сыновей, воспитанных в атмосфере годами разыгрываемых отцом успешности и легкости бытия. Но, оказывается, ни успеха, ни легкости, ни денег нет и в помине. Как нет и взаимопонимания с женой и детьми, давно не интересных Вилли, жестоко перепутавшему работу с жизнью. Возраст и внезапное увольнение заставляют его по-иному взглянуть на все...

Если для Америки пьеса Артура Миллера была злободневна в конце 40-х - начале 50-х, то для нас она сейчас - самое то, что надо: американская потребительская мечта и желание соблюдать внешнее благополучие без всяких на то оснований - главная болезнь соотечественников. Так же как и Ломену, согражданам нынче хочется, чтобы в их жизни все «было красиво»: чтобы детьми можно было гордиться, не прикладывая к их воспитанию никаких усилий, а кредиты выплачивались сами собой. Но спектакль режиссера Олега Еремина толчком для пробуждения самоанализа вряд ли может послужить. Уже хотя бы потому, что одна из лучших пьес Миллера в Театре имени Ленсовета - лишь слова для зрителей, сидящих дальше пятого ряда.

Для постановки, быть может, уместной на малой сцене, вполне подходит определение «театр у микрофона». Оно как нельзя лучше характеризует сценическое бездействие, в котором Ломен (Артур Ваха) почти постоянно бьется в истерике, его жена Линда (Ирина Ракшина), словно в кино, играет переживания исключительно «крупным планом», переростки Биф (Виталий Куликов) и Хэппи (Эрнест Тимерханов) явно переигрывают. Выбор актеров (за исключением Александра Сулимова и Олега Федорова, играющих цинично соответствующих обстоятельствам Чарли, соседа Ломенов и Говарда, босса Ломена) кажется не мотивированным, а герои не похожи ни на американцев, ни на наших (хотя это «внерамочное» существование можно при желании приписать и к заслугам режиссера), все тонкие недоговоренности миллеровского текста гибнут в форсировании интонаций, превращающих трагедию в бессмысленное «чтение по ролям». Изложенный в тексте пьесы принцип «Неважно, что ты говоришь; важно, как ты говоришь» тут явно работает не на пользу спектакля.

Зал добросовестно слушает «чтение», сморкается, покашливает, скучая, оглядывает в первом действии стены и потолки бывшего купеческого клуба, во втором (более оживленном) по привычке рукоплещет и даже несет актерам цветы в финале, но ничего, кажется, не понимает. В помощь зрителям лишь оформление спектакля, решенное художниками Александром Моховым и Марией Лукка так, чтобы всем и было понятно, в какой тупик Ломен загнал себя. Задник - сложенная из блоков серая бетонная стена, у подножия которой во втором действии «гнездятся» черные мешки с мусором и облезлые рождественские елки (праздник жизни для героя окончен!). Для пущего понимания «момента» режиссер заставит Ломена ближе к финалу броситься на эту стену и, стартуя на холодильнике, попытаться залезть на нее. Кстати, помещенный сначала в центре сцены, а затем у самой стены холодильник становится в большей степени главным героем спектакля (сам Миллер в ремарках указывал, что присутствие рефрижератора на сцене вещь обязательная), чем человеческие, но статичные участники «радиоспектакля». Главенствующую роль холодильника по Еремину оправдывает и одномоментное присутствие на сцене унитаза (ни от кого не слышали выражения «работать на унитаз»?). Унитаз, как и холодильник, активно участвует в происходящем: на унитазе Ломен раздумывает, как бы свести счеты с жизнью, к унитазу он сбегает и от неприятного разговора с женой, которая то приносит авоськи с едой для заполнения холодильника, то заботливо чистит унитаз ершиком. Словом, воздействие холодильника и унитаза на аудиторию оказывается сильнее, чем воздействие актерской игры, которая должна бы была донести до публики смыслы миллеровской трагедии.

Увы, поводов для злой иронии в спектакле более чем достаточно (например, родственные по цвету мешкам с мусором «черные люди», с помощью футбольных дудок указывающие Ломену на то, что он лузер). Но долго иронизировать над премьерой не хочется... Хочется задать вопрос: «Неужели «одно сплошное телевидение» победило, и визуальная «картинка в лоб» - единственный способ разговора со зрителем? Неужели ставка на соответствующий выбор актеров и тщательную работу с ними, ставка на психологизм игры уже стали архаикой?». Театр, не апеллирующий ни к разуму, ни к чувствам, разве это театр? Одно сплошное телевидение.

Екатерина Омецинская

«МАКБЕТ.КИНО.» в Воронеже

9 и 10 июня спектакль Юрия Бутусова «МАКБЕТ.КИНО.» будет показан на сцене Воронежского концертного зала в рамках VIII международного Платоновского фестиваля искусств.

Режиссерская лаборатория

По традиции, заведённой Юрием Бутусовым, 13 мая в театре состоялась режиссерская лаборатория.

Подробнее

Награда

Указом Президента РФ от 3.05.2018 народный артист России Семен Стругачев награжден медалью ордена "За заслуги перед Отечеством II степени". Поздравляем!

Премьера

28 апреля на Малой сцене состоялась премьера спектакля "ТЕЛО ГЕКТОРА" по пьесе Аси Волошиной в постановке Евгении Богинской.

Премия "Арлекин"

28 апреля состоялось вручение российской национальной театральной премии «Арлекин»-2018. Поздравляем лауреатов - создателей и участников спектакля "ПТИЦЫ"!

Подробнее

Мы в социальных сетях:

Наши партнеры:

Телеканал Санкт-Петербург Театр Музей Радарио
Театр имени Ленсовета. Санкт-Петербург, Владимирский пр., д.12
Карта сайта | Новости | Пресса | Театр | Репертуар на июнь | Персоны | Спектакли | Театр
Яндекс.Метрика