Размер шрифта: A A A
Изображения Выключить Включить
Цвет сайта Ц Ц Ц
обычная версия

СИЛЬНАЯ ЖЕНЩИНА БОЛЬШЕ НЕ ПЛАЧЕТ У ОКНА

ВИКТОРИЯ АМИНОВА,- Блог ПТЖ 28 марта 2016

В последние 10–20 лет популярным комедийным сюжетом был обмен телами между мужчиной и женщиной. Тот или другой вынуждены были пытаться устанавливать связи с миром и распутывать сюжетные хитросплетения в чуждой и даже враждебной оболочке. Но по пути к финалу гендерные противоречия стирались, герои на собственной шкуре убеждались в том, как нелегко приходится их противникам, и в итоге в вечной «битве полов» наступало перемирие. Создатели спектакля «Жанна», кажется, транслируют идею, что в современном мире женщины и мужчины поменялись местами без надежды на обратное превращение, а война давно проиграна обеими сторонами.

«Жанна» в Театре им. Ленсовета — это женская версия «окончательного решения гендерного вопроса»: Ярослава Пулинович написала пьесу, Мария Романова ее поставила, а Елена Комиссаренко исполнила главную роль. Вокруг ее героини — успешной современной женщины, одинокой и уже не юной — строится действие. Жанна — актуальный вариант рязановской «мымры»: она вдруг обнаруживает, что жизнь, принесенная в жертву карьере, не настоящая, но другой — человеческой, с радостями и слабостями, в которой есть семья, любимый человек, дети, надежда, смысл, — уже, вероятно, не будет. Для того чтобы начался ренессанс, необходимо появление Новосельцева, способного преодолеть косноязычие и сказать какие-то решающие слова. В 70-е годы была хотя бы надежда, что он — способный на поступок — однажды придет. Сейчас героине Комиссаренко ждать некого, и потому она все отчаяннее замыкается в своей беспомощной злости. Мужчины в спектакле есть, и они (за исключением роботоподобного мальчика по вызову) приятные, чувствительные, трепетные, душевные, но не способные ни на какое самостоятельное движение. Потому что все они — «мальчики по вызову».

И. Бровин (Андрей), Е.  Комиссаренко (Жанна).
Фото — Ю. Смелкина.

 

Попытка Андрея — героя Ивана Бровина — совершить благородный поступок (уйти к любимой беременной девочке) приводит к полному краху. Доказывает ему и юной Кате его несостоятельность. И хотя Андрей все действие говорит правильные слова, проявляет человеческое отношение и производит впечатление «хорошего мальчика», незаслуженно пострадавшего за любовь, он вызывает меньше сочувствия, чем «отрицательная» Жанна. Актер, не теряя обаяния, не уходя в карикатуру, представляет нам ничтожество персонажа. Мужчина в роли беспомощной жертвы женской тирании — зрелище удручающее.

Впрочем, женщину и «женское» в спектакле тоже не пощадили. Перед нами их проходит целая вереница: подобострастные карьеристки — сотрудницы Жанны (Наталья Немшилова и Галина Кочеткова) представлены в отстраненной, почти клоунской манере. Ситуация-перевертыш: раньше мужчины, а теперь женщины напиваются в компании друг друга и приглашают «проституток», чтобы отвлечься от душевных переживаний. И за шажок по карьерной лестнице эти женщины легко соглашаются исполнять любую прихоть начальницы.

Есть еще представительница молодого поколения — Катя, невеста Андрея (Вероника Фаворская). Она сыграна актрисой так, как будто увидена глазами своего возлюбленного. Сначала — Офелия в белом платье, невинная, трогательная, легкая, беспомощная. И все в ней — до отвращения у зрителей — такое умильное. Но постепенно, по мере нарастания неудач героя, девушка превращается в настоящую кикимору. Актриса кажется и смешной, и отвратительной, и страшной, когда скороговоркой перечисляет Андрею все его оплошности, грехи и недостатки. И, в общем-то, понятно, почему окруженные такими женщинами мужчины потеряли свою мужественность. Жанна Елены Комиссаренко ничем не напоминает героиню пьесы. В ней она располневшая, увядающая красавица, удушающая своей приторной любовью, вульгарная в проявлениях ярости, такая чуть подрехтованная достатком продавщица. И единственная ее проблема в пьесе — обманутая любовь, приведшая к унылому бабьему одиночеству. Короче говоря, «печалька» в духе телесериалов. Жанна Комиссаренко — тонкая, острая, быстрая, гибкая — змея по внешнему виду и по сущности. Она завораживающе красива и смертельно опасна, по-европейски стильная — за ее обликом не угадать мигрантку из российской глубинки; кажется, что когда-то давно она сбросила с себя свою биографию, как змея кожу. И потому наименее убедительными и вообще необязательными кажутся все экскурсы в ее прошлое. Не так важно, откуда она вышла, в пространстве спектакля эта Жанна (в отличие от героини пьесы) разбирается со своим настоящим.

Сцена из спектакля.
Фото — Ю. Смелкина.

 

Вообще, хочется заметить в скобках, что все биографии, которые персонажи проговаривают в длинных монологах, повествуя о тяжелом детстве, пьющих и бьющих отцах, слабых матерях, кромешной нищете и тяжелом пути к достатку, — стали общим местом. Десятилетиями персонажи современных пьес смакуют «болячки» провинциальной жизни и повествуют об ужасах 90-х, в данном случае известных драматургу лишь понаслышке. С героиней же Комиссаренко эта биография никак не монтируется. Из монолога на могиле отца, в общем-то, важно одно: эта женщина не умеет прощать. И страдает от этого неумения.

Жанне от актрисы достался масштаб личности: от мелодраматических проблем стареющей одинокой брошенной женщины пьеса сдвинулась в сторону драмы. «Земную жизнь пройдя до половины», героиня Комиссаренко обнаружила, что «заблудилась в сумрачном лесу» и что выхода нет. Она как будто прожила жизнь в летаргическом сне, погруженная в одну заботу — заработать деньги. Много денег. Еще больше денег. Все, кроме работы, эта Жанна свела к минимуму как отвлекающее. Этот минимализм во всем: в интерьере «квартиры» (пустое пространство, разделенное зеркальной стеной), в ее костюме, в том, как она строит свою жизнь, исключая из нее все лишнее: развлечения, отдых, материнство, дружбу. Она позволила себе лишь одно излишество — любовь. И потеряв ее, наконец, проснулась. Потому что та боль, которую причинил Жанне уход Андрея, неожиданно оказалась огромной. И вот в стерильное, холодное и стильное пространство ворвался все разрушающий ураган чувств, от которого она пробудилась и наконец-то задалась вопросом: а что моя жизнь? И обнаружила только пустоту. Для героини Комиссаренко — это драма.

И. Бровин (Андрей), В.  Фаворская (Катя).
Фото — В. Васильев.

 

Пулинович создала несколько версий судьбы Жанны Георгиевны. Сначала пьеса оптимистично называлась «Дальше будет новый день» — именно этой фразой героиня заканчивала историю. Потом была переименована в «Жанну», и в финале хищница, истинная хозяйка жизней (своей и чужих) намекала о намерении забрать ребенка у молодой пары. Это было бы способом продолжить свою несостоявшуюся жизнь, тем же «новым днем» Жанны. В Театре им. Ленсовета спектакль заканчивается иначе (не знаю, чья это версия — театра или драматурга), безысходно. Жанне удается забрать у Андрея ребенка, проходит десять лет, и она снова сидит на могиле отца, жалуясь на то, как не складываются ее отношения с сыном и как плохо ей живется. У Жанны — Комиссаренко нет «нового дня». Этот финал «сильной женщины» окончателен и беспросветен. Она свою жизнь проиграла. Двадцать лет назад, в спектакле Игоря Владимирова «Крошка», героиня Комиссаренко — тетя Поль — говорила, укачивая чужого ребенка: «Мы вырастим этого крошку сильным и здоровым, и тогда кому-то от этого не поздоровится». Сейчас от украденного «крошки» не поздоровилось самой Жанне.

Елена Комиссаренко существует в полемике с пьесой Ярославы Пулинович, быть может, от того, что они принадлежат к разным поколениям и о «кризисе среднего возраста» актрисе известно больше, чем драматургу. Пулинович умеет создать точные, узнаваемые и сложные образы подростков, но ее зрелые или пожилые персонажи, как правило, малоубедительны. Они говорят одинаковыми расхожими фразами и пережевывают свои типичные биографии. Вот и проблемы 50-летней (возраст указан в пьесе) Жанны драматург сводит к предательству любовника и отсутствию детей. Тогда как драма Жанны — Комиссаренко масштабнее: после встряски от измены ее героиня как будто заново видит свою жизнь и с удивлением и отчаянием открывает для себя все, что испортила, чему не придавала значения и что прошло мимо нее уже бесповоротно. Ребенок — только часть упущенного, но не все. И его обретение не решает проблемы, не делает ее жизнь состоявшейся, а саму женщину счастливой. Наверное, для того авторам и понадобился финальный монолог на могиле отца, хотя с художественной точки зрения он выглядит беспомощной попыткой эпилога, не прирастает к истории Жанны — Комиссаренко, потому что актриса уже сыграла свою драму безысходности в конце первого действия. К середине второго пьеса мчится галопом, уходя от подробностей, снижая градус драматизма и «мельча» проблему. Мелодраматично выглядят оба финала. Тот, в котором Жанна вдруг видит выход в том, чтобы присвоить чужого ребенка, выводит спектакль на сериальный уровень. Второй — монолог на могиле отца — как будто подтверждает наивную истину, что злодейка должна быть наказана хотя бы руками приемного сына, предполагаемого источника счастья и новой жизни.

Е. Комиссаренко (Жанна).
Фото — В. Васильев.

 

Очевидно, что слиться с той Жанной, которая задана в пьесе, умной и утонченной актрисе Елене Комиссаренко было бы недостаточно, потому режиссер идет навстречу и позволяет ей своеобразный комментарий: актриса выходит «из-за спины» героини и читает стихи. А еще рядом с ней все первое действие существует прекрасная саксофонистка — Юлия Колченская, альтер эго Жанны, живая часть ее души. Жаль, что во втором действии саксофон звучит реже и совсем пропадает к финалу.

Мария Романова тоже вступает в диалог с пьесой, хотя и менее конфликтный. Режиссер идет по пути отстранения, жизнеподобную пьесу максимально очищает от быта. Пространство решено условно: некое темное «зазеркалье», которое время от времени прорезает качающийся маятник, отсчитывающий время напрасно растраченной жизни Жанны. Такой же условный способ существования: никто не ест и не пьет, все делают обозначающие еду и питье движения, и часто бытовой диалог переходит в нелепый танец. Это работает на укрупнение проблематики пьесы, поднимая ее до общечеловеческой и актуальной. Важно, что герои — наши современники, и сталкиваются с «болячками» нашего времени: гендерные перевертыши, отсутствие смысла при наличии конкретных целей и одиночество даже рядом с близкими. Слабые мужчины, способные на чувства, и женщины, которые могут быть сильными, очень сильными, еще сильнее. Но не могут быть счастливыми. Само словосочетание «счастливая женщина» потеряло смысл, в обиход вошло и надежно закрепилось другое — «сильная женщина». И, в общем-то, эти два определения уже стали синонимами, потому что других женщин и не бывает.

«МАКБЕТ.КИНО.» в Воронеже

9 и 10 июня спектакль Юрия Бутусова «МАКБЕТ.КИНО.» будет показан на сцене Воронежского концертного зала в рамках VIII международного Платоновского фестиваля искусств.

Режиссерская лаборатория

По традиции, заведённой Юрием Бутусовым, 13 мая в театре состоялась режиссерская лаборатория.

Подробнее

Награда

Указом Президента РФ от 3.05.2018 народный артист России Семен Стругачев награжден медалью ордена "За заслуги перед Отечеством II степени". Поздравляем!

Премьера

28 апреля на Малой сцене состоялась премьера спектакля "ТЕЛО ГЕКТОРА" по пьесе Аси Волошиной в постановке Евгении Богинской.

Премия "Арлекин"

28 апреля состоялось вручение российской национальной театральной премии «Арлекин»-2018. Поздравляем лауреатов - создателей и участников спектакля "ПТИЦЫ"!

Подробнее

Мы в социальных сетях:

Наши партнеры:

Телеканал Санкт-Петербург Театр Музей Радарио
Театр имени Ленсовета. Санкт-Петербург, Владимирский пр., д.12
Карта сайта | Новости | Пресса | Театр | Репертуар на июнь | Персоны | Спектакли | Театр
Яндекс.Метрика